Клюевская берестяная книга, Белая Индия и Александр Македонский

Н.С. Новгородов (Томск)

(Доклад был обсуждён на Всероссийской научно-практической конференции «Художественное наследие Н.А. Клюева», проведенной в рамках Вторых Клюевских чтений (Томск, 19 – 22 октября 2011 г.)

 Клюевская берестяная книга

    Русский поэт Николай Алексеевич Клюев за опубликование своих стихов за границей был в 1934 году сослан в Нарым, точнее в Колпашево, однако, в том же году переведен в Томск. Здесь 6-го июня 1937 г. он был арестован, обвинен в причастности к повстанческой кадетско-монархической организации и 23-25 октября 1937 г. по решению тройки расстрелян. Реабилитирован в 1960 г.

В 1988 г. Г.С. Клычковым и С.И. Субботиным были опубликованы сохранившиеся письма Клюева, отправлявшиеся друзьям в 1934-1936 гг.[1].

В письме от 10 августа 1936 года Варваре Николаевне Горбачевой поэт с горечью сообщал: «Я написал поэму и несколько стихов, но у меня их отобрали (последнее слово зачеркнуто, написано «уже нет»): они в чужих жестоких руках». И несколькими строчками ниже: «У меня были с трудом приобретенные кое-какие редкие книги и старинные иконы ‑ мимо которых я, как художник, не могу пройти равнодушно, но и они с марта месяца в чужих руках». В первой половине марта 1936 года Н.А. Клюев, по словам очевидцев, арестовывался, но к лету 1936 года был возвращен по месту проживания в переулок Красного Пожарника. Видимо, потому, что в тюрьме его разбил паралич, у него отнялась вся левая сторона тела и даже закрылся левый глаз, и НКВД решило, что «эта развалина» не представляет опасности для власти.

Что это были за редкие книги, можно узнать из другого клюевского письма, отправленного Н.Ф. Христофоровой-Садомовой, по-видимому, несколько ранее письма к Горбачевой: «Я сейчас читаю удивительную книгу. Она писана на распаренной бересте китайскими чернилами. Называется книга Перстень Иафета. Это ничто другое, как Русь 12-го века до монголов. Великая идея Святой Руси как отображение церкви небесной на земле. Ведь это то самое, что в чистейших своих снах предвидел Гоголь, и в особенности он  единственный из мирских людей. Любопытно, что в 12-м веке сорок учили говорить и держали в клетках в теремах, как нынешних попугаев, что теперешние черемисы вывезены из Гипербореев, т.е. из Исландии, царем Олафом Норвежским, зятем Владимира Мономаха. Им было жарко в Киевской земле, и они отпущены были в Колывань ‑ теперешние Вятские края, а сначала содержались при Киевском дворе, как экзотика. И еще много прекрасного и неожиданного содержится в этом Перстне. А сколько таких чудесных свитков погибло по скитам и потайным часовням в безбрежной Сибирской тайге?!» [1].

Согласитесь, поразительную книгу держал в руках поэт! Тут что ни слово то загадка. Трудно вообразить, что могло бы дать науке изучение этой книги!  Но увы, Центральный Государственный архив литературы и искусства в 1965 году обращался в УКГБ Томской области с просьбой передать в архив сохранившиеся клюевские материалы, но получил ответ, что ничего не сохранилось, несмотря на то, что при аресте у поэта «изымалось разных книг 9 штук и рукописи на 10-ти тетрадных листах».

Говорят, КГБ за последние десятилетия сильно изменился, даже сменил название. Возможно, УФСБ по Томской области и отдаст Клюевскую берестяную книгу в ЦГАЛИ, если хорошо попросить всем миром. Обнаружение этой книги могло бы иметь исключительное значение для отечественной истории и литературы.

 Мы носимся с новгородскими берестяными грамотами, а ведь они ни что иное,  как записки-односекундницы. Прочитал её – выбросил на дорогу, где её скоренько втоптали в грязь, вот она и долежала в сильно влажном культурном слое до  раскопок А.В. Арциховского. Я нисколько не хочу принизить значение изучения новгородских берестяных грамот. На 2010 год, согласно В.Л. Янину, обнаружено в Новгороде 1005 грамот, и чуть больше сотни в других русских, украинских и белорусских городах: Старой Руссе, Пскове, Твери, Смоленске, Торжке, Москве, Витебске, Мстиславле, Звенигороде-Галицком. А на берегу Волги близ Саратова крестьяне, при рытье силосной ямы, обнаружили Золотоордынскую берестяную грамоту XIV века, написанную на уйгурском языке.

Разумеется, лучше всего изучены новгородские грамоты. Академик А.А. Зализняк, отдавший немало времени их изучению, пришёл к выводу, что написаны они на древненовгородском  диалекте, отличавшемся по фонетике, морфологии и частично по лексике. В языке соблюдалась строгая грамматическая и орфографическая система. И, что чрезвычайно важно, на фоне растущей безграмотности нынешнего народонаселения, 90% грамот написаны вообще без единой ошибки. Эта письменность, подчеркивает Зализняк, была распространена по всей Руси. Уже в самом начале XI века весь русский народ свободно читал и писал. И главное, считает уважаемый академик, письменность существовала на Руси до принятия православия. Я к этому добавлю, во-первых, что она у наших предков уже была и в IV веке до н.э., и писали, заметьте, на бересте.  Но об этом ниже. А во-вторых, что у нас в Томске могут и должны быть обнаружены берестяные грамоты I-го тыс. н.э., I-го и II-го тыс. до н.э., сохранившиеся в культурном слое благодаря хорошей обводнённости грунтов и тому обстоятельству, что Томск стоит на месте древнего города Грустина.

 Ну, хорошо, грамот в Новгороде и других северных городах обнаружено за тысячу, а где же берестяные книги? Разве могла в дохристианской Руси существовать поголовная грамотность без книг, по которым учились грамоте? И как передавалась книжная культура? И главное, где же книги? Может, сгорели в кострах? И кто же эти костры разводил? У меня такое впечатление, что все отчётливо понимают, кто сжег языческие книги в кострах, но все молчат. При царе за пропаганду язычества грозила каторга.  При большевиках все боялись возразить Энгельсу, смело заявившему: «Славянские народы Европы – жалкие вымирающие нации, обреченные на уничтожение. По своей сути процесс этот глубоко прогрессивен. Примитивные славяне, ничего не давшие мировой культуре, будут поглощены передовой цивилизованной германской расой. Всякие же попытки возродить славянство, исходящие из азиатской России, являются «ненаучными» и «антиисторическими» [2]. А в наше время, когда победной поступью возвращается православие, напоминать о кострах как-то неловко.

В подтверждение позиции Зализняка о поголовной грамотности русов до принятия православия, но совершенно примитивных, по Энгельсу, следует напомнить, что Кирилл, якобы разработавший для нас, тёмных, азбуку, признавался, что приобрёл в Корсуни Евангелие и псалтырь, написанные русскими письменами, более того, научился читать по-русски. Значит, были у наших предков книги, и на севере они, как и грамоты-записки, писались на бересте. И вот найдена третья берестяная книга в стране! Первая была найдена в Сибири в 1715 году, в ней смыли чернила и книгу использовали для записи собранного ясака. Вторую в середине XIX века видел у староверов на Мезени русский этнограф С.В. Максимов. Третью приобрёл в Томске Н.А Клюев.

Какие-то удивительные истории происходят в Сибири с книгами. То берестяную книгу используют для записи ясака (начало XVIII века). То вдруг экскаваторщик, спрыгнув и провалившись в собственноручно вырытую траншею, обнаруживает в ней сундук с иконами и книгами. То уже в 90-е годы XX века из какого-то таёжного скита привозят сундук со старинными книгами, и книги вместе с сундуком исчезают. То вдруг книги плывут по реке и их вылавливают пацаны. Вот что рассказал петербургскому писателю Олегу Михайловичу Гусеву некто Виктор Александрович Хазов из Новосибирска. «Я коренной сибиряк. Жил и воспитывался в селе Пушкари, что на берегу реки Аллеус. Это Ордынский район Новосибирской области. Река Орда впадает в Обь-матушку. Однажды весной, идя в школу, увидел, как по речке плыли какие-то старинные книги. Мы с ребятами  выловили их, и я стал эти книги читать. Ребята мне говорят, как ты, мол, их читаешь, ведь «здесь буквы не те». А я свободно читал старославянский шрифт, хотя раньше его, конечно, не изучал. Потом дверь как бы закрылась, шрифт стал непонятен, и я перестал читать» [3].

Но я немного отвлёкся от Клюевской книги. Сколько вопросов можно было бы разрешить при её изучении! Когда эта книга была написана? Где? Кем? На каком языке, церковнославянском или древненовгородском? И уж если она была приобретена Клюевым в Томске, не здесь ли она создавалась?

 

Клюевская Белая Индия

Тема Индии красной нитью прослеживается в творчестве Николая Алексеевича:

 

«…ковёр индийских строк, / Рязанский лыковый уток / С арабским бисером – до боли!».

 

«Или в бумажной кислой манишке / Озаренье индийской парчи».

 

«Написано в Прологе, / Что встретил по дороге / Отроковицу мних. / Кормил её изюмом / И, вторя травным шумам,  Слагал индийский стих».

 

«На лежанку не сядет дед / В валенках – кораблях заморских, / С бородищей – пристанью лет, / С Индией узорчатой в горстках».

 

«Корабли плывут / Будто в Индию”.

 

«Индия-Русь – глубина пододонная». «Индия в красном углу». «Индия в красной светёлке».

«И страна моя, Белая Индия, / Преисполнена тайн и чудес!»

Поэма «Белая Индия» написана Клюевым между 1916 и 1918 гг. Нельзя не присоединиться к мнению Л.А.Киселёвой в том, что «Белая Индия» - ключевой символ поэтического мира Клюева» [4]. Клюев называет Белой Индией Россию, называет её также «Индия-Русь». Почему? Что за поэтическая блажь? Сам Клюев считает это тайной сакрального, эзотерического мужицкого ведения, «мужицкими ведами» незримыми для гордых, то есть научных взоров.

Ныне, однако, наука некоторой своей частью вынуждена признать правоту Клюевского и «мужицкого» знания относительно Белой Индии и Индии-Руси. Историческая география, со ссылкой на одного из основоположников науки географии, говорит о былом существовании India superior  [5] (Индия главная, высшая, расположенная выше, севернее, других) на берегу Северного Ледовитого океана (Рис. 1).

Е.А.  Мельникова, Изучавшая средневековую норманнскую хорографию по германским и  исландским источникам, указывает: «Есть три Индиаланда: один находится рядом с Блаландом, другой – около Серкланда (Н.Н. – земли серов), третий – на краю мира, так что с одной стороны его лежит область тьмы, с другой – море» [6]. Для нас крайне интересен именно этот последний Индиаланд, потому что край мира, область тьмы и море – это несомненно Полярные и Приполярные области на берегу Северного Ледовитого океана. Таким образом, норманнская средневековая хорография блестяще подтверждает существование заполярной India supreior  на карте Клавдия Птолемея.

Юлий Помпоний Лэт, итальянский вольнодумец и гуманист, посетивший южные районы России, около 1480 года писал: «От Борисфена (Днепра –Н.Н.) Скифия тянется до Рифейских гор,которые замыкают её с востока… За Рифейскими горами начинается, Индия» [7]. Рифейскими горами Помпоний Лэт называл Уральские горы, за которыми простирается Сибирь. Таким образом, Лэт Индией называл Сибирь.

С.В. Жарникова, изучая топонимику русского европейского севера, обнаружила колоссальное количество схождений местных гидронимов с соответствующими словами в санскрите [8].

Северорусские гидронимы

 

Санскрит

 

Гавиньга – река.

Ганга – река в Архангельской области.

Гиридая – река.

Дан – река.

Индога, Индоманка, Индега, Индига – реки.

Кубена – река.

Лакшма, Лекшма – реки.

Сагарев, Сагара – ручьи.

Сарга – река.

Синдошка, Синдош – реки.

Сура – река.

 

Гавини – стадо коров.

Ганга – главная река Индии.

 

Гирида – горная, горами данная.

Дану – река.

Инду – капля, влага, синдху – река.

Инд – река.

Кувена – река.

Лакшми – богиня красоты, богатства.

Сагара – море.

Сарга – поток, течение, буря.

Синдху, Синд – реки.

Сура – вода, текущий, сураса – обильные воды

 

 

 Такая же ситуация и на юге Восточной Европы. Ведущий отечественный лингвист академик О.Н. Трубачев на правобережье Днепра  выявил  полторы сотни местных топонимов и гидронимов, происходящих из древнеиндийского языка [9].

Наличие индоарийских топонимов на территории России обусловлено тем, что до переселения  их в Индию они проживали на территории России. По  мнению О.Н. Трубачёва, после ухода индоариев в Индию, часть индоязычных племен осталась на прежних территориях, и эти племена получили известность под названием крымских тавров, таманских синдов и, возможно, их соседей меотов и керкетов.  Другие исследователи (В.Н. Дёмин в двух десятках книг) смотрят на вопрос шире: не малая часть народа осталась на прежних местах проживания (в России), а основная. В Индию ушла меньшая часть народа, в основном молодые люди.  В силу сложившейся в Индии кастовой системы, язык пришельцев – санскрит, стал языком правящих каст брахманов и кшатриев и постепенно вымер. А у оставшегося в России народа этот язык остался живым, разговорным и литературным. И это русский язык. На русском языке писал поэт Клюев, но землю свою он называл Индия-Русь и Белая Индия и он имел на это историческое право.

 Уход индоариев с территории Причерноморья подтверждается и этнографическим материалом. Так, украинский археолог Ю.А. Шилов упоминает в своих работах о легендах, бытующих доныне на юге Украины [10]. В них говорится о неких могущественно-мудрых рахманах, что ушли за синее море, да там и остались. В качестве подтверждения этой легенды Шилов упоминает известное в Индии арийское племя чангар – провеивающие зерно. Полевые тока, на которых чангарцы провеивают свое зерно, называются гарданами. Далее Шилов совершенно оправданно считает неслучайным следующее совпадение: в Северном Приазовье в гнилое море Сиваш вдается Чонгарский полуостров. На Чонгаре есть пятисотметровый холм Гарман. Этот холм-курган издревле и до самой войны использовался в качестве полевого тока для просушки снопов и провеивания зерна. На юге Украины такие полевые тока носят нарицательное имя гарманы. Таким образом, вопрос о том, откуда индоарии пришли в Индию, получает достаточно полное освещение

 В Северное Причерноморье индоарии пришли с севера Восточной Европы и из Сибири. В этом плане более чем показателен индоарийский след на томской земле. Здесь возле Красного Яра в Обь справа впадают Малая Чангара и Большая Чангара. Кроме того, здесь же имеются Средняя и Заборная Чангары, а также Чангарский остров на Оби. В 140 км выше по течению Оби в нее слева впадает река Чигара, и на ней есть два населенных пункта – Верхняя и Нижняя Чигара. Следует помнить, что на карте Семена Ремезова Чигара была поименована Ченгарой, и это свидетельствует, что мы имеем дело с топонимами одной этимологии. Явная трансформация Ченгары в Чигару позволяет рассматривать реки с названием Чигара, Шигара, Шегарка в числе индоарийских чангарских гидронимов. Речки с названием Шегарка нередко встречаются в Томской области и на севере Кемеровской области [11].

Таким образом, Чангарский след выводит индоариев на томскую землю. Разумеется, след этот едва-едва обозначен, но и вложенные в его получение усилия были, прямо скажем, невелики: поднято то, что лежит на поверхности. Думается, если в томскую землю вложить столько труда, сколько Трубачев вложил в Северное Причерноморье, результат будет не менее ошеломляющим, нежели он был при первом прочтении упоминавшейся статьи Трубачева.

 Ведь есть у нас на самом севере Сибири замечательный гидроним Индигирка (Инд – священная река Индии, гири – горы), есть на Таймыре река Тарея, есть на восточном склоне Урала озеро Индра (иранцы ну никак не могли оставить такого гидронима), есть на севере Тюменской области населенный пункт Ратта, есть на нашей железнодорожной ветке станция Сураново. Кроме того, исчезнувшая русская деревня, возле села Спасского, которую в 1978 г. раскапывала археолог Л.М. Плетнева, по словам местных жителей, называлась Сурово. А в самом Томске в реку Томь впадает справа, с востока,  речка Ушайка, явно названная так в честь богини утренней зари Ушас. Очевидно не случайно в письме из Томска Клюев писал, что «в подмытых половодьями береговых слоях реки Томи то и дело натыкаешься на кусочки и черепки не то Сиама, не то Индии».

Многие  исследователи творчества Клюева отмечали у него пророческий дар, присущий, по-видимому, всем большим поэтам. Современные представления о существовании информационного поля допускают получение информации не только из будущего (проскопия), но и из прошлого (ретроскопия). Неразрывная связь Руси с Индией в поэзии Клюева свидетельствует, что поэт интенсивно получал эзотерическую информацию из прошлого.

 

 

Белая Индия и Александр Македонский

Великий завоеватель древности молодой македонский царь Александр  в IV веке предпринял свой знаменитый Восточный поход, присоединив к крошечной Македонии Малую Азию, Египет, Персию, Среднюю Азию. По поводу его дальнейшего маршрута мнения поэтов и историков решительно разошлись.

Поэты Ювенал, Фирдоуси, Низами, Навои и литераторы, в частности автор «Поучения» Владимир Мономах, писали, что из Средней Азии Александр двинулся на север, пересёк кыпчакские степи, долго и многотрудно воевал с руссами, дошёл до страны Мрака и здесь в Заполярье построил Медные ворота против злобных Гогов и Магогов. Историки возражали и возражают в том смысле, что из Средней Азии Александр направился в Индию на Индостанский полуостров, сплавился по Инду к Индийскому океану и оттуда вернулся в Вавилон.

Непримиримость противоречия между этими двумя версиями маршрута проявила  проблеммность ситуации. Мировой научной общественностью означенная проблема осталась не осознанной, поскольку её предпочтение без обсуждения было отдано исторической версии. Между тем, с точки зрения логики и методологии науки, осознание реальности проблемы требует выхода за пределы предметной сферы как той, так и другой дискутирующих сторон и обращение к третьей стороне. В данном случае третейским судьёй может и должна стать география хотя бы потому, что само понятие маршрута есть прежде всего понятие географическое.

В исторических источниках [12, 13, 14, 15, 16] описаны физико-географические, ландшафтные и климатические условия местности на маршруте Александра, которые свидетельствуют о правоте поэтов, а не историков в их затянувшемся споре. Армия Александра побывала на очень высоких широтах, которые никак не соответствуют широте Индии. Об этом свидетельствуют наблюдения над длиной тени в полдень от деревьев известной высоты.

Так, Диодор сообщает, что дерево высотой 70 локтей отбросило тень на три плефра. При размерности локтя 45 см получаем высоту дерева 31,5 м. При длине плефра 29,6 м имеем длину тени 88.8 м. Тангенс угла солнца над горизонтом в полдень равен 0,354, а сам угол равен 19,5°. Это тригонометрия.

Если это измерение проводилось в зимнее солнцестояние, то оно производилось на широте 47°. Если в равноденствие, то на широте 70°. Летом такой результат вообще нигде на Земле не мог быть получен, потому что даже на полюсе в летнее солнцестояние угол солнца над горизонтом составляет 23°. Это небесная механика. (Рис.2)

Ещё одно  наблюдение над длиной тени в полдень привёл основоположник науки географии Страбон в 15 томе своей «Географии». Она оказалась равной пяти стадиям, что составляет около 925 м. Такое измерение могло быть произведено лишь на широте 64° и лишь в зимнее солнцестояние, с учётом реальных размеров деревьев на Земле, силы земного притяжения и прочностных свойств древесины.

Другой основоположник науки географии Клавдий Птолемей, основываясь на таких же наблюдениях,  утверждал, что царские алтари, воздвигнутые армией Александра в ознаменование  окончания Восточного похода, были поставлены на широте 57°.

Таким образом, наблюдения над длиной тени и следующие из этого выводы показывают, что Александр завершал свой Восточный поход на очень высоких широтах. В этой связи вполне убедительными выглядят другие высокоширотные физико-географические реалии, присутствующие в описаниях античных авторов:

- стужа, снег и лёд, от которых страдали и гибли воины Александра на огромной равнине, для пересечения которой требовалось четыре месяца пути, когда они по десять месяцев не видели воды, а один снег;

- громадный морской лиман вместо дельты, обнаруженный Александром в устье реки, по которой он сплавлялся к Океану;

- полярная мгла и неподвижное, застывшее море, поразившие воображение его бойцов;

- высокие заснеженные горы с плоскими вершинами,  лесами и пашнями на них, на которых накапливалось до 30 тысяч обороняющихся, в которых легко угадываются горы Путорана;

 - пороги на реке, по которой Александр сплавлялся к Океану и где у него разбились и затонули два военных корабля. Пороги на крупных реках встречаются не так уж часто и в этой связи не может не привлекать внимание могучая река Енисей с её Казачинским порогом.

         Проанализированные физико-географические реалии на маршруте завершающей части Восточного похода А. Македонского заставляют очень сильно сомневаться в том, что он пролегал по Индостану. Александр на самом был в Клюевской Белой Индии, которую Клюев называл Индия-Русь. Пытаясь выразить связь Александра Македонского с Белой Индией, с Индией-Русь, Николай Алексеевич писал:

«И что сады Александрии

Цвели предчувствием России»

Александр построил город своего имени в Египте, после чего завоевал Персию и двинулся в Белую Индию. По его следам в Белую Индию – Сибирь двинулся поток предприимчивых людей, принесших с собой множество предметов, обнаруживаемых ныне археологами. В частности речь идёт о голубых и золочёных египетских бусах, изготовленных в ремесленных мастерских Александрии в III веке до н.э. и обнаруживаемых в огромном количестве в Западно-Сибирских курганах кулайскй эпохи [17].

Для истории России и установления её места в мире колоссальное значение имеет та невообразимая древность и то величие культуры, которые обнаружили завоеватели в Белой Индии, потому что относилось всё это не к Индии на Индостане, а к  России.   Генеалогия царей здесь насчитывала 153 имени и история их царствования составляла 6042 года. Это более чем на полтысячелетия древнее библейского мифа о сотворения мира.

Страна имела многие сотни городов, и это были не греческие полисы с десятитысячным населением, а нечто, ошеломляющее греков.  Размеры одного из них: периметр  его городской стены 39 км, количество башен 570, число ворот 64, судоходный ров снаружи стены имеет ширину 180 м и глубину 13 м. У нашего народа была письменность. Писали «на древесном лыке», то есть на бересте, сообщает Арриан [18].

И последнее. Александр, согласно Плутарху, вторгался в «Индию» (индов, кстати, он называл вендами), имея 135 тысяч бойцов, а вывел из неё всего 30 тысяч. Это очень напоминает историю, приключившуюся с Наполеоном, у которого перед Бородинским сражением была 135-тысячная армия, а через Березину перебежало всего 30 тысяч обмороженных оборванцев. И это притом, что решающего сражения после Бородина так и не было. Вот и у Александра решающего поражения не было, а гибель войска была. А на самом деле, против армии Александра было применено традиционное для наших предков «климатическое оружие». Курций Руф так описывает климатическую обстановку, нравственное разложение и паническое бегство греков и македонян: «Войско, заведенное в сии пространные пустыни, где большее время года лежат чрезвычайные снега, вечная мгла покрывает небо, и день столь уподобляется ночи, что едва можно различить ближайшие предметы, претерпевало все бедствия: голод, стужа, чрезмерная усталость и отчаяние овладело всеми. Множество погибли в непроходимых снегах, во время страшенных морозов множество ознобило ноги. И лишились зрения: другие удрученные усталостью упадали на лед, и, оставшись без движения, от морозу цепенели, и после уже не могли подняться. Товарищи помогали им, не было другого средства к избавлению как понуждать себя идти, тогда посредством движения кровь получала свою натуральную теплоту, а члены некоторую силу».

 «Нельзя было без урона в людях ни оставаться на месте, ни продвигаться вперед – в лагере их угнетал голод, в пути еще больше болезни. Однако на дороге оставалось не так много трупов, как чуть живых, умирающих людей. Идти за всеми не могли даже легко больные, так как движение отряда всё ускорялось; людям казалось, что чем скорее они будут продвигаться вперед, тем ближе будут к своему спасению. Поэтому отстающие просили о помощи знакомых и незнакомых. Но не было вьючного скота, чтобы их везти, а солдаты сами едва тащили свое оружие, и у них перед глазами стояли ужасы предстоящих бедствий. Поэтому они даже не оглядывались на частые оклики своих людей: сострадание заглушалось чувством страха. Брошенные же призывали в свидетелей богов и общие для них святыни и просили царя о помощи, но напрасно: уши всех остались глухи. Тогда, ожесточаясь от отчаяния, они призывали на других судьбу, подобную своей. Желали и им таких же жестоких товарищей и друзей».

 

А воевал он со скифами, которых персы позже назовут русами, со спорами (спалами), с гедросами и с жителями Массаги моссохенцами (московитами) [19]. Грех нам отказываться от своих предков. Николай Алексеевич нам бы этого не простил.

Литература

1. Клычков Г.С, Субботин С.И. Николай Клюев в последние годы жизни: письма и документы // Новый мир.- 1988.-С. 165-201.

2. Эегельс Фридрих. Революция и контрреволюция. 1852.

3. Гусчев О.М. Древняя Русь и Великий Туран. - СПб.: Потаённое, 2008.-304 с.

4. Киселёва Л.А. «Белая Индия» Сергея Есенина?/ Николай Клюев: образ мира и судьба. Томск: ТМЛ-Пресс, 2011. С. 7 - 20.

5. Клавдий Птолемей. Руководство по географии. / Античная география. Составитель М.С. Боднарский.- М.: Гос. изд. Геогр. Лит.1953.

6. Мельникова Е.А. Древнескандинавские географические сочинения. – М.: Наука, 1986. -231 с.

7. Марков С.Н. Земной круг. -М.: Современник, 1976. -623 с.

8. Жарникова С.Н. Древние тайны Русского Севера / Древность: Арьи, Славяне. – М.: Палея, 1996. С. 93 – 125.

9. Трубачёв О.Н. Названия рек Правобережной Украины. Словообразование, этимология, этническая интерпретация. –М.: Наука, 1968. – 289 с.

10. Шилов Ю.А. День Брахмы на Чонгаре» // Вокруг света, -№3,. 1991.. – С. 41 - 43.

11. Новгородов Н.С. Сибирская Прародина. -М.: Белые альвы, 2006. -544 с.

12.  Арриан. Поход Александра. СПб.: Алетейа, 1993.

13.  Диодор. «Историческая библиотека». // Арриан. Поход Александра, - с.267-342.

14. Квинт Курций Руф. История Александра Македонского. - М.: МГУ,- 478 с.

15. Клавдий Птолемей. Руководство по географии.// Античная география. Составитель М.С. Боднарский.- М.: Гос. изд. Геогр. Лит.1953.

16. Страбон. География в 17 книгах. - М.: Наука, 1964 – 944 с.

17. Мягков И.М. Древности Нарымского края / Труды Томского краеведческого музея, 1929. С. 51 – 86.

18. Арриан. Индия // Вестник древней истории. -М.: ОГИЗСОЦЭКГИЗ. 1940. № 2 (11).

19. Новгородов Н.С. Сибирский поход Александра Македонского. -Томск: Аграф-Пресс. 2008. -352 с.

 

 
 
 
 
 
  Copyright © Lioncom, 2010. All Rights Reserved